© 2018 galina belkovich_n_n_25

Белькович Николай Николаевич

Бельковичи. Отец и сыновья Вера Михайловна Корнеева

Корнеева В.М.

Старший сын – Николай Николаевич Белькович (1866-1920)

Николай Николаевич Белькович родился в 1866 году. Он и его два брата — Владимир и Павел поступали в Императорскую Академию художеств, но принят был только Николай. Возможно, решающим было то, что, еще будучи учеником реального училища в Казани, он получил «Похвальный лист» Казанской промышленной выставки за рисунок головы Лаокоона. В 1894 году он окончил натурный класс Императорской Академии художеств со свидетельством, дающим право преподавать в средних учебных заведениях. Дальнейшее обучение в Академии художеств было невозможным из-за болезни (туберкулез легких) и последовавшего удаления одного легкого. Особых талантов как художник он не имел, но его безграничная любовь к искусству была направлена на распространение художественного образования в народе, чему он практически и посвятил свою недолгую жизнь. В тот же 1894 год Николай Николаевич взялся за хлопоты по организации художественной школы в Казани, заручившись поддержкой выпускников: Х.Н. Скорнякова, Г.А. Медведева, Ю.И. Тиссена, А.И. Денисова.

Императорская Академия художеств обратила особое внимание именно на Казань, «как главный просветительский центр всего Востока России, откуда надлежало бы постепенно нести художественные знания в народ».

Николай Николаевич Белькович всю свою энергию, знания, время направил на организацию открытия и функционирования школы. Он выступал на дворянских собраниях, убеждая и доказывая необходимость создания школы в Казани.

В ноябре 1894 года Казанская городская дума постановила ходатайствовать перед Императорской Академией художеств об учреждении в Казани художественной школы. Николай Николаевич был непосредственным разработчиком данного ходатайства. На открытие школы разрешение было получено, но в средствах на её содержание первоначально было отказано, что вынудило Н.Н. Бельковича ходить с подписными листами на пожертвования для школы. На средства, выделенные Казанской городской думой в размере 2000 рублей, и средства, собранные от пожертвований, первоначально школа и была создана.
Далее вице-президент Академии художеств, граф Толстой, предложил на должность заведующего школой бывшего ученика натурного класса Академии художеств, проживающего в Казани, дворянина Н.Н. Бельковича (1895 г.).
В ответ на предложение графа Казанский губернатор пишет:
«Возражений не имею, но следует узнать о его политической благонадёжности».
Казанский полицмейстер подал губернатору города рапорт о том, что «Бывший ученик натурного класса Императорской Академии художеств, дворянин Белькович, под судом и следствием не состоял, поведения хорошего, образ жизни ведёт скромный».
Таким образом, вопрос о назначении заведующим школой дворянина Н.Н. Бельковича был решён.
Пресса сообщила:
«В субботу, 9 сентября 1895 года в час дня в помещении художественной школы (на Лядской улице в доме Вагнер) имеет быть отслужен молебен по случаю открытия школы. Занятия начнутся 12 сентября». В школу было принято 109 учащихся.
Самым первым в Казанской художественной школе было открыто живописное отделение и именно это отделение позволило быстро завоевать популярность и спрос не только у населения Казани, но и всей губернии, а вскоре и за её пределами. В Казань перебирались ученики из Одесской, Киевской, Тифлисской и других школ. Преподавателями на отделении были: Н.Н. Белькович, Х.Н. Скорняков, И.А. Денисов, Г.А. Медведев. Впрочем, и весь штат школы в первый год её существования состоял из этих людей. Школа привлекала интересными программами, методами организации учебного процесса, широкой выставочной деятельностью, работой по художественному просвещению населения. В дальнейшем прославили школу и её выпускники, вернувшиеся после окончания Академии художеств в качестве преподавателей Н.И. Фешин и П.П. Беньков.

Немаловажную роль играла и низкая оплата за обучение в школе, вполне доступная для населения. Она составляла 30 рублей в год. Для сравнения в Рижской художественной школе оплата составляла 140 рублей.
Учащиеся из бедных семей обучались за счёт губернского земства.
Для художественного развития населения, менее чем через два месяца после открытия школы, были открыты бесплатные рисовальные классы.
В школу принимались ученики независимо от вероисповедания и сословной принадлежности.
По поводу открытия школы в письме вице-президенту Академии художеств И.И. Толстому Н.Н. Белькович пишет: «Начиная дело, мы не могли даже и мечтать о том широком размахе, который приняла наша школа. Несмотря на то, что она существует лишь три месяца, мы поставлены в необходимость с нового года открыть фигурный класс, что вызвано быстрым движением вперёд учеников».
В 1896 году было открыто гравёрное, а в 1897 архитектурное отделения.

В школе ежегодно проводились выставки местных художников, на которые приглашались крупнейшие мастера искусства. Оценки деятельности школы были высокими. Так Г.Г. Мясоедов, инспектируя работу Казанской художественной школы в 1897 году по заданию Императорской Академии художеств, писал: «… Если обратиться к деятельности школы, то дело ведётся старательно с большой любовью и толком. Плохих работ не видно, полное отсутствие небрежности и лёгкого отношения к делу. Общий уровень по оконченности и направленности рисунка мне показалось выше уровня московской школы. Система обучения, в которой обращается внимание на способности быстро схватывать общую форму, не оставляет желать лучшего».

Особняк г-жи Вагнер, третий этаж которого арендовала КХШ 1895-1901 гг.

Руководителем школы Н.Н. Белькович стал в 28 лет, и за трёхлетний срок своего руководства школой сделал так много, что удивляет современников и сегодня. В кратчайшие сроки были открыты отделения: живописное, гравёрное, архитектурное, скульптурное, созданы музей, библиотека,
С первых дней существования школы Николай Николаевич начинает хлопоты по отводу земли для строительства собственного здания школы. Хлопоты увенчались успехом.
В феврале 1898 года Городская дума приняла постановление об отводе участка земли под строительство школы.

Н.Н. Белькович и К.Л. Мюфке направляют в Академию художеств докладную записку о необходимости постройки собственного здания. В записке они пишут: «…Педагогический совет школы приложит все усилия к осуществлению постройки: преподаватель-архитектор составит программу, первоначальные эскизы и примерный расчёт стоимости постройки и предлагает безвозмездное составление проекта, сметы и разработку детальных чертежей, преподаватели – художники и учащиеся примут посильное участие в техническом надзоре и украшении здания».

Деятельность самого Н.Н. Бельковича была высоко оценена и отмечена наградами. Так, в 1898 году ему от Академии художеств была выражена благодарность за образцовое ведение дела в бытность заведующего школой, а в 1899 году Николай Николаевич награждён орденом Св. Станислава III степени. Имелось множество и других поощрений.
В год открытия школы в неё поступает и Н.И. Фешин, талант которого был замечен Николаем Николаевичем. Семья Фешина к тому времени была в бедственном материальном положении. Однако отец, всегда мечтавший дать Николаю художественное образование, определил его в открывшуюся школу.
Родители Николая Ивановича к тому времени разошлись, мать возвратилась к своим родителям в Кострому, а отец покинул Казань в поисках работы и заработков. По рассказам Татьяны Николаевны Белькович (дочери Николая Николаевича), Фешин часто бывал в семье Бельковичей. Его принимали всегда ласково, с сочувствием к создавшейся ситуации.
Впоследствии Николай Николаевич и Николай Иванович становятся не только друзьями, но и единомышленниками. По рекомендации Бельковича Фешин поступает в Высшее художественное училище при Академии художеств, где по истечении некоторого времени поступает в мастерскую Ильи Ефимовича Репина. Впрочем, в Императорскую Академию художеств поступает большая часть первого выпуска Казанской художественной школы. Все годы учёбы в Академии художеств, а также последующей работы Н.И. Фешина в Казанской художественной школе не прекращается общение Н.И. Фешина и Н.Н. Бельковича.

Позднее Н.И. Фешин и Н.Н. Белькович становятся родственниками. Н.И. Фешин в 1913 году по большой любви женится на его старшей дочери, Александре. Эта любовь становится огромным стимулом для творчества Николая Ивановича. Александра долгие годы будет заботливым другом, секретарём, переводчиком и натурщицей художника. Рождение дочери Ии в 1914 году только обостряет и усиливает эти чувства.

Николай Иванович Фешин написал два портрета своего наставника и учителя.
Первый портрет датирован во всех источниках 1890 годом, что является маловероятным. В 1890 году Фешину было всего девять лет, и он не был знаком с Николаем Николаевичем. Очевидно, портрет написан не ранее 1896 года. В 1895 году Фешин поступает в школу и в скором времени становится частым гостем в семье Бельковичей, проникаясь все большим уважением и любовью к своему учителю. Итогом этой дружбы и было написание карандашного портрета.Искусствовед Екатерина Петровна Ключевская в книге «Казанская художественная школа 1895-1917» пишет:
«За короткий трёхлетний срок своего директорства Белькович успел сделать на удивление много. Реализовал программу живописного отделения в полном объёме, открыл гравёрное (1896г) и архитектурное (1897г.) отделения, воскресные бесплатные рисовальные классы «для художественного развития ремесленников и других лиц». Кроме того, «дабы дать разумный отдых ученикам и способствовать их культурному развитию», по его инициативе и при непосредственном участии проводились «воскресные чтения» и вечера набросков. При Бельковиче были заложены основы художественного музея и библиотеки, с привлечением крупнейших мастеров искусства. Уже в январе 1896 года он поставил на обсуждение Городской думы вопрос о выделении участка городской земли под строительство собственного здания школы и добился его положительного решения».

Совет Академии художеств дважды, в 1896, 1897 гг., выражал «… похвалу лицам, посвятившим свои труды достижению школой столь благоприятных результатов».
Николай Николаевич вёл обширную деловую переписку с вице-президентом Академии художеств – графом И.И. Толстым, уточняя все детали дела.
Корреспонденты Н.Н. Бельковича – не только высшие должностные лица Министерства Императорского Двора, но и знаменитые художники: В. Мате, А. Киселёв, О. Шервуд, гордость нации – И. Репин, И. Шишкин. Судя по этой переписке, Н.Н. Белькович в полной мере обладал даром человеческого взаиморасположения и отзывчивости» (ст. Е.П. Ключевской «Дом на Лядской» газеты «Далёкое-близкое» 1985 год).

В одном из писем И.И. Шишкину:
«Глубокоуважаемый Иван Иванович!
От души порадовался, получив Ваше письмо: раз пишете — стало быть, здоровы, а понадобился этюд — стало быть, настолько здоровы, что и за дело взялись. Слава богу! Слава богатырю земли русской! Какие невзгоды ему не по плечу!
…Ваши этюды произвели страшную сенсацию среди учеников, и уж столько про них разговоров и толков!
…Мы уже посмели их вставить в рамы и развесить по классам. Скоро готовы будут и рамы для офортов.
Кроме непосредственно сильного впечатления от Ваших этюдов, самый факт такого ценного подарка отразился сильно на подъеме духа нашей школы. «Стало быть, мы что-нибудь да стоим, когда нам дарят такие вещи». Ученики ура кричали и целый день ног под собой не слышали.
Пользуюсь случаем, чтобы еще раз от лица всей школы выразить самое горячее спасибо.
Всей душой Вам преданный, Н. Белькович.
Н. Н. Белькович-И. И. Шишкину, Казань. 27 ноября 1897″

Создавая музей в художественной школе Николай Николаевич, не обладая богатством, не задумываясь при необходимости приобретал картины для музея за счет своих собственных средств.
Заинтересовав общественность, высоких должностных лиц, добившись вместе со своими соратниками больших успехов, среди которых практически стопроцентное поступление выпускников в Академию художеств в Санкт-Петербурге, Белькович добровольно оставляет пост директора, предварительно добившись выделения участка земли и средств под строительство школы.
Николай Николаевич считает целесообразным передать полномочия К.О. Мюфке – руководителю архитектурного отделения, талантливому архитектору. По проекту К.Ю. Мюфке и было построено столь величественное здание.

Казанское художественное училище

Насколько можно судить по дошедшим до нашего времени документам, деятельность Николая Николаевича не ограничилась только ролью первого директора Казанской художественной школы. Далее мы увидим, как многое сделал этот человек на ниве просвещения и в последующие годы. А пока о школе. В ней учились и достигли поразительных результатов многие выдающиеся люди, которыми впоследствии гордилось и гордится по сей день Отечество: Н.И. Фешин, К.Н. Боратынская (внучка поэта), Е. П. Фирсов, Е. Мазин, П.П. Беньков, Д.Д. Бурлюк, П.А. Родимов, А.М. Родченко, Н.М. Сапожникова, Б.И. Урманче и многие другие.

Особо следует отметить отношения Н.Н Бельковича с семьей Боратынских.
Ксения Николаевна Боратынская (1878 – 1958) оставила в семейном архиве (частично переданном в дальнейшем в казанский музей Е.А. Боратынского и музей-усадьбу «Мураново») обширные воспоминания, временные рамки которых включили в себя драматические события российской истории конца XIX – начала XX веков. В 2007 году ее мемуары «Мои воспоминания» вышли в свет. Четвертая глава называется «Художественная школа и дневник путешествия за границу».
Устройство художественной школы в первые годы ее существования, портреты преподавателей и учащихся, события внутри школьной жизни, захватывающая атмосфера творчества описаны Ксенией Николаевной живо и подробно.
В своих воспоминаниях она признается:
«Я тогда отлично понимала, что дарований у меня никаких нет, что я пошла не по своей дороге, но я нашла себе товарищей, нашла то общество, которое меня удовлетворяло. Я знакомилась с людьми, училась у них… одним словом, я окунулась в многогранную, интересную жизнь, которой еще не знала до сих пор».
Три года Ксения провела вместе с веселой студенческой братией. Но в 1900 году, не закончив курса, она «решила бросить все и идти по тому пути, который давно меня манил, а именно я решила поступить учительницей в Шушарскую земскую школу».
Этот шаг стал началом многолетней и плодотворной педагогической деятельности Ксении Николаевны. К принятию такого решения ее подтолкнуло знакомство с Николаем Николаевичем Бельковичем:
Она писала:
«Хотелось бы подобрать лучшие слова, существующие в нашем прекрасном русском языке, чтобы обрисовать этот образ кристальной чистоты и пламенного энтузиазма. Вспоминаю его с благоговением и благодарностью. Неуравновешенный идеалист – народник, блаженный юродивый с всеобъемлющей, мятущейся душой. Он был случайный гость на земле. Никогда не сумел устроить свою жизнь, не мог обеспечить огромную семью и умер нищим. Но тогда он был в периоде творчества. Организаторские способности у него были блестящие».
Она же пишет: «Худой, высокий, с благообразным иконописным лицом, окаймлённым тёмно-русой бородой, с лучистыми серо-зелёными глазами. Сколько света было в этих глазах. Они до сих пор светят мне из далёкого прошлого».

В 1898 г. Бельковича назначают на должность инспектора классов Высшего художественного училища при Императорской Академии Художеств в Санкт-Петербурге: «…Это было якобы повышение, но сколько горечи, оскорбления было в душе Николая Николаевича, когда он прощался с нами, а мы ревели навзрыд», – вспоминает Ксения Боратынская.
Канцелярия АХ уведомляет, что приказом по Министерству Императорского двора от 29.11. 1898 года за № 55 определён на службу в Академию Художеств дворянин Н. Белькович.

Н.Н. Белькович в центре второго ряда с выпускниками Академии художеств. Из архива В.М. Корнеевой (Белькович по матери)

В должности инспектора классов Высшего художественного училища при Императорской Академии Художеств служит до 1905 года. Академия состояла в ведомстве Министерства императорского двора, поэтому её служащие обеспечивались значительно лучше, чем в других ведомствах. У Николая Николаевича была хорошая казенная квартира с отоплением при Академии. Кроме того, дети служащих бесплатно воспитывались в закрытых средних учебных заведениях.

Одна тысяча девятьсот пятый год перевернул жизнь и взгляды молодого, подающего надежды инспектора. Причиной послужили события 9 января (по старому стилю) 1905 года, названные «Кровавым воскресеньем», когда на его глазах и глазах студентов императорскими войсками была расстреляна мирная демонстрация рабочих во главе со священником Георгием Гапоном. Служить в Академии для Бельковича стало невозможным. Увиденное стало большим потрясением, и Николай Николаевич принимает решение оставить государственную службу. Отказавшись от высокой должности, хороших условий и благ, предоставленных Академией, имея уже пятерых детей, трое из которых: Михаил, Татьяна (моя мама), Екатерина родились в период жизни Н.Н. в Петербурге, он переезжает жить в имение своей матери Надеждино.

В Петербурге у Н.Н. Бельковича скопилась значительная сумма денежных средств, и он принимает решение построить на эти средства в Надеждино для деревенских ребят маленькую художественную школу и самому учить в ней. И он осуществил это. Была построена изба с большими окнами, но заниматься в ней ему пришлось только одну зиму. От школы Николай Николаевич вынужден был отказаться. О ней было донесено губернатору, от которого последовало запрещение её функционирования.

В архиве РТ имеется дело канцелярии попечителя казанского учебного округа «Об открытии в имении землевладельца Лаишевского уезда, Казанской губернии, Николая Бельковича художественно-ремесленной учебной мастерской для бесплатного в ней обучения крестьянских детей».

Всего в деле 7 листов
Лист 2 – копия прошения Н.Н. Бельковича на имя Казанского губернатора с просьбой разрешить бесплатную художественно-ремесленную мастерскую в с. Надеждино, каковое и было   препровождено Попечителю Казанского Учебного Округа.

Далее в деле содержится последующая переписка должностных лиц по вопросу открытия мастерской. Возражений на открытие школы не было. Причина запрета функционирования школы со стороны Губернатора неизвестна. Возможно, дело было том, что в 1906 году Россию постиг сильный неурожай, и земство предложило Николаю Николаевичу участвовать в организации помощи местному населению, в чем он, естественно, не мог отказать. В 1906-1907 годах он занимался порученным делом и позднее говорил, что оно потребовала от него чрезмерного напряжения сил, и он всё это время чувствовал себя,
как натянутая струна.

К тому времени и средства все иссякли не только на школу, но и на семью. Имение давало только ржаной хлеб, молочные продукты, овощи. На приобретение всего остального требовались деньги. Пришлось задуматься о средствах на содержание семьи. Несмотря на трудности морального и материального плана Н.Н. Белькович  отдаёт много сил земской деятельности. В 1906 году, будучи земским гласным представляет Техническому отделу губернской земской управы обстоятельный доклад: «О значении профессионального образования и средствах к его распространению среди населения Казанской губернии«.

Николай Николаевич предлагает развивать профессиональное образование на основе технического рисования, черчения, приобщении учащихся к искусству. Предлагает на базе художественного и промышленного училищ Казани организовать выставки кустарных промыслов и в дальнейшем сделать их периодическими. Акцентирует внимание на то, что закупая лучшие изделия, земство могло бы создать кустарный музей вместе с библиотекой, постоянной выставкой и бюро заказов.
Доклад Николая Николаевича получил горячую поддержку общественности. Был разработан комплекс мер по развитию кустарного производства. Казанское губернское земство приступило к подготовке большой выставки, для чего понадобилось два с половиной года.

Одной из основных задач, которые ставили перед собой ее организаторы, была следующая: «Показать состояние профессионального образования, кустарных изделий, мелкой промышленности. Дать потребителям возможность ознакомиться с продуктами различных производств по мелкой промышленности и сельскому хозяйству и тем способствовать сбыту их, а также ознакомить производителей с лучшими образцами изделий крупной промышленности и таким образом содействовать поднятию уровня мелкой промышленности и сельского хозяйства».

Первоначально выставка была задумана как губернская, но в итоге получила статус Международной. Для организации выставки был избран особый комитет, в состав которого вошли: А.Н. Боратынский, И.С. Кривоносов, Н.Н. Белькович, П.Я. Бахтияров и А.П. Романов и председатели уездных земских управ.

Комитет выставки. Во втором ряду первый справа Н.Н. Белькович, в центре В.Н. Белькович

В этот период времени Николая Николаевича не оставляют и бывшие выпускники Казанской художественной школы, навещавшие его с завидной регулярностью. Особо значимым был 1910 год, когда художники Н.И. Фешин, П.П. Беньков, Е.П. Фирсов и П.Ф. Бессонов праздновали Новый год вместе со своим учителем в его имении Надеждино.

На фото слева направо: Е.П.Фирсов, Маша Белькович (дочь В.Н.Бельковича), Александра (дочь Н.Н.Бельковича), будущая жена Н.И.Фешина, П.П.Беньков, Н.И.Фешин, перед ним Татьяна Белькович (моя мама)  – сестра Александры, П.Ф.Бессонов, мальчики перед ним – Михаил и Григорий – сыновья Н.Н.Бельковича. Сидит на снегу Н.Н.Белькович. Надеждино, 1910.

Следует уточнить, что на фотографии слева не Нина Белькович, как пишется во многих источниках, а Маша Белькович, чему есть ее собственноручное подтверждение в письмах Марии Владимировны Белькович (Маши) и Татьяны Николаевны Белькович (моей мамы). Письма написаны после посещения выставки Н.И. Фешина 1876 года Марией Белькович. Ниже выдержки из этих писем.

Из письма Марии Владимировны к татьяне Белькович от 10.10.1976

Из письма Татьяны Белькович к Корнеевой В.М. (дочери) от 29.10

Гостей было много и частично они расположились на кратковременный ночной сон на полу. Т.Н. далее вспоминала: «Было очень весело и интересно. Много смеялись, шутили, поддразнивали друг друга. Николай Иванович после этого события приступил к написанию этюдов к своей большой картине «Обливание» и часто наведывался в Надеждино. Параллельно писал портреты Александры, а она терпеливо позировала ему.

Слева направо: верхний ряд: художники П.Ф. Бессонов, П.П. Беньков, Е.П. Фирсов; средний ряд: жена Николая Николаевича Евгения, Александра и Татьяна (дочери Н.Н. Бельковича), Н.И. Фешин и Екатерина (дочь Н.Н. Бельковича; нижний ряд:Н.Н. Белькович и сын Григорий. Надеждино, 1910 г.

После ухода с поста директора Казанской художественной школы Николай Николаевич Белькович постоянно поддерживает контакты со школой, входит почти ежегодно в состав Попечительского совета и продолжает своё влияние на её деятельность.

Заседание Попечительского комитета.
Н.Н. Белькович в верхнем ряду третий справа, третий слева А. Н. Боратынский, читающий в центре В. Н. Белькович

В национальном архиве РТ имеется сохранился следующий документ, составленный  гласным уездного земского собрания Н.Н. Бельковичем «Отчет о деятельности художественно-ремесленной мастерской ювелирно-чеканного дела в селе Рыбная Слобода Казанской губернии Лаишевского уезда за 1916/197 гг.».

Наступил 1917 год, изменивший строй в Российском государстве. Николай Николаевич поверил в справедливость Октябрьской революции и процессов, последовавших за нею. Революция дала новый импульс его деятельности и он с присущей ему энергией занялся проблемами образования, не жалея на то ни времени, ни сил, ни здоровья. В 1917-1919 годах он избирается инспектором народного образования Лаишевского уезда, где продолжает плодотворно трудиться. Оставшиеся документы говорят нам об этом.

Из архива Корнеевой В.М. (Белькович по материа)

Проблемы образования ему настолько близки, что он старается как можно больше принести пользы на этом поприще.

Из архива Корнеевой В.М. (Белькович по материа)

Круг интересов Н.Н. Бельковича широк и разнообразен. В сентябре 1919 года Н.Н. Белькович был принят действительным членом Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете. Планов было много и на долгую жизнь, но судьба распорядилась иначе.
В тяжелейшие 1917-1918 годы Николай Николаевич Белькович вместе с братом Владимиром Николаевичем и зятем Николаем Ивановичем Фешиным тесно сотрудничают с Александром Николаевичем Боратынским (расстрелян большевиками 12 сентября 1918 г.), который, несмотря на разнообразие своих интересов и обширной общественной деятельности, обременённый множеством должностей, уделяет самое пристальное внимание развитию местных художественных промыслов, развитию и функционированию Казанской художественной школы. [*]

Но устоявшаяся жизнь была сломана революционной бурей. Нищета, голод, болезни, расстрелы преследуют практически каждое семейство. Дмитрий Владимирович Белькович (сын Владимира Николаевича) вспоминает: «Из того, что мне пришлось слышать, а также из письма Ксении Николаевны Боратынской Павлу (сыну Николая Николаевича) о последующей её встрече с дядей Колей в Казани, на улице, когда он перекинулся несколькими бодрыми словами, у меня сложилось впечатление, что он воспринял Октябрьскую революцию, как начало новой жизни, и радостно принял участие в послереволюционных начинаниях, отдавая им всего себя, все свои помыслы. Иначе он не умел жить и работать».

Революция подняла самые различные слои населения и откуда ждать беды было непредсказуемо. Однажды произошёл горький и печальный эпизод в жизни, когда враждебно настроенные крестьяне собрались у господского дома. Не зная, что ждать от грозной толпы, Николай Николаевич смело вышел навстречу и сказал:
«За что Вы так относитесь к нам. Наша семья открыла для вас школу и ремесленные мастерские. Кого мы обидели?». Тогда из толпы вышел молодой крестьянин и сказал: «Собирайте детей, пакуйте вещи, забирайте всё, что вам нужно. Мы пришлём подводы». Так семья лишилась родового поместья и выехала в г. Лаишев.
Когда пришла подвода за вещами, то крестьянин достаточно дружелюбно сказал: «Вот вам телега и дуга, а я вам больше не слуга», но, постояв немного, всё же организовал помощь в погрузке вещей».

Кончилась война. Наступили тяжелейшие годы. Шёл 1920 год. В стране свирепствовали голод, болезни, тиф. Тифом переболели практически и все члены семьи Н.Н. Бельковича. Перенёс тиф и Николай Николаевич. Его уже готовили к выписке, но после купания в ванной поднялась высокая температура и на следующий день его не стало. Так закончилась жизнь талантливого человека, любившего жизнь, людей, свято преданного молодёжи и образованию. Ему шёл всего 54-й год. Как много он мог бы ещё сделать во благо родной Казани, Лаишево, профессионального образования и своей семьи.
Белькович Н.Н. был похоронен в Лаишево у Софийского собора.

Когда была установлена Советская власть церкви, соборы, монастыри постигла печальная участь. Пострадал и Софийский собор. Его закрыли в 1930 году. В этом же году сняли колокола. Верхние ярусы колокольни, барабаны и главы храма снесли. Находящееся при Софийском соборе кладбище гусеницами трактора сравняли с землёй.
Т.Н. Белькович (моя мама) пыталась найти следы кладбища и могилу своего отца. Вскоре после закрытия Собора писала: «Монастырь разорён. В Соборе расположился райисполком, а могилы уровняли бульдозером, как и не было могил».
1920 год оказался трагичным для семьи. Умирают друг за другом Николай Николаевич, дочь Зиночка, жена Евгения Семёновна. Ранее погибает на фронте сын Григорий.

———————————–
[*] О разносторонней деятельности А.Н. Боратынского можно прочитать в статье В.М. Кореневой Белькович Н.Н. – первый директор Казанской художественной школы
[**] На фото, предпосланном статье, Н.Н. Белькович с выпускниками Академии художеств.

 

Отзывов: 2

  1. Корнеева В.М
    23.08.2018 в 22:29 | #

    Галина Фёдоровна! Не перестаю восхищаться Вашему мастерству и трудолюбию. Фото, предпосланное статье не просто великолепно, а ещё и поражает качеством. Вы сумели этим фото «заглянуть» внутрь события, произошедшего более века назад. Вся статья, написанная мною, доработана Вами с блеском. Продолжение о Павле Николаевиче Белькович постараюсь доработать в ближайшие дни. Буквально на днях появились новые факты, которые хочется добавить.
    Большое Вам спасибо за терпение и тот труд, которым наполняете не только свой внутренний мир, но и мир окружающих Вас людей. Но самое главное, сохраняете историю событий и людей прошлых столетий для дорогого моему сердцу Татарстана.

    • galina
      25.08.2018 в 18:29 | #

      Вера Михайловна, Вы неизменно щедры в своих оценках моего участия в Ваших трудах. Они значительно более скромны.

Ваш отзыв

Ваш e-mail никогда не будет опубликован. Required fields are marked *

*
*

Вы можете использовать следующие теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>